Итоги года
20 октября 2019 г.
Итоги года. Лукавая мудрость Каиафы

www.tassphoto.com

Прошедший год останется в истории Русской православной церкви важной вехой: у светского общества отвоеваны два новых рубежа — в Уголовный кодекс введены поправки, предусматривающие до трех лет лишения свободы за «оскорбление религиозных чувств», а закон о защите детей от вредной информации пополнился запретом на так называемую гей-пропаганду. Некоторые эксперты полагают, что для РПЦ было крайне важно внедрить конфессиональный понятийный аппарат в правовое поле — теперь задачу можно считать выполненной.

Московская патриархия дождалась своего часа: ее многолетние старания на этом поприще (не получившая общественного признания церковная концепция прав человека, попытки провести закон о богохульстве) совпали с решительной сменой властью идеологических ориентиров. Европейские ценности у режима давно не в чести, но с активизацией оппозиции в 2011-2012 годах ставка на консервативную повестку и антизападничество стала полноценной «генеральной линией». В такой ситуации опереться на церковь как на одну из опор режима только естественно, тем более что патриарх с готовностью демонстрирует свою поддержку власти.

Попытка сорвать банк, правда, не удалась: в Конституцию «историческая роль православия» не попадет, пока, во всяком случае, против этого высказались и Путин, и Медведев. Но процесс идет — депутат-патриот Евгений Федоров не оставляет надежд внести в весеннюю сессию в Госдуму законопроект, убирающий из нашей «вассальной» (навязанной американцами) Конституции положение о том, что никакая идеология не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной. У Федорова уже есть в запасе правильная идеология — православие, «наш флаг на ветру».

И хотя представители церковного истеблишмента слова «идеология» стараются избегать (дурной это тон, в общем-то, навешивать на церковь идеологические задачи), идея Федорова явно не вызывает у них идиосинкразии. Ну а слова всегда можно найти: реабилитированные «традиционные ценности» стали полновесной заменой скомпрометированному понятию «идеология». И прикрывающееся «традиционностью» широкое антилиберальное наступление церковного официоза выполняет, конечно, чисто идеологическую функцию. Тем более что идеологическая поддержка власти легче любой другой.

Не увенчалась успехом «дипломатическая миссия» патриарха Кирилла в Украине: украинцы не клюнули на соблазны «русского мира» и продолжают отстаивать свое право на евроинтеграцию, и даже УПЦ МП, самая «близкая» России из украинских церквей, между национальной независимостью и верностью «крещальной купели» выбирает первое.

Намерения «помочь государству» с демографией, привив россиянам вкус к «многодетности», наталкиваются на прицельные действия этого самого государства, направленные на разрушение образовательной и медицинской инфраструктуры (на селе, например, повсеместно закрываются больницы, в том числе роддома, и школы), — нельзя сказать, что в противном случае намерения привели бы к положительному результату, но в такой ситуации они воспринимаются как издевательство.

Ну а вот осудить тех, кто собирается бойкотировать Олимпиаду, поддержать блокировку «экстремистских» сайтов (правда, не от лица церкви, а от лица молодежного клуба Всемирного русского народного собора — но это никого не должно ввести в заблуждение: ВРНС — тесно аффилированная с Московской патриархией организация, а его молодежный клуб — вообще фантом, призванный, очевидно, заменить Союз православных граждан, в котором все-таки водились живые люди), приветствовать меры правительства по ужесточению мигрантской политики и прочая и прочая вплоть до призывов к гражданам не бояться называть себя русскими, а к Министерству регионального развития — озаботиться созданием русских этнокультурных центров по всей стране — это ведь никаких усилий со стороны церкви не требует.

Нет, священники, конечно, со всем удовольствием будут работать в этих центрах за государственную зарплату, если зарплата будет приличной. Капелланам вот зарплата положена явно недостаточная  — не идут священники в войска, за что церковь так долго и отчаянно боролась. Придуман хитрый ход: в священники будут переучивать военнослужащих, ушедших или уходящих в запас, то есть пенсионеров. Хочешь какую-никакую прибавку к пенсии (как правило, священники в частях состоят на должности помощника командира — замполиты, в общем), иди поучись в семинарию. Из будущих капелланов составляют особые группы и наверняка готовят, как готовили еще совсем недавно учителей основ православной культуры для школ: три-шесть месяцев — и иди наставляй. Так что есть опасность разрастания в священнической среде милитаристских настроений, и так вполне распространенных (в начале 90-х, когда священников остро не хватало, нарукополагали много отставных военных). 

Если же довольствие «этнокультурникам» окажется ничтожным, государство и без церкви справится — оно теперь с национальными духовными ценностями накоротке. Об этом как нельзя лучше свидетельствует вся риторика первых лиц государства, особенно Владимира Путина.

Такое впечатление, что речи главе государства в части «традиционных ценностей» пишут спичрайтеры из патриархии. «Духовные скрепы», призывы отказаться «от вульгарного примитивного понимания светскости», жалобы на то, что на Западе теперь от общества требуют «обязательного признания равноценности добра и зла», нападки на «толерантность» — всё это перепевы, если не кальки, высказываний патриархийного руководства. Патриархия если и не превратилась еще в идеологический отдел «Единой России», то близка к этому как никогда.

У общества такое поведение церковного официоза, похоже, вызывает настороженность. 64% граждан, согласно исследованию Левада-Центра начала 2012 года, на вопрос «Должна ли Церковь оказывать влияние на принятие государственных решений?» отвечают отрицательно: 39% — скорее нет, 26% — определенно нет («за» в общей сложности 26%). Почти половина опрошенных (48%) считают, что церковь и религиозные организации уже оказывают влияние на государственную политику «столько, сколько должно» (в общей сложности 25% склоняются к тому, что больше, чем необходимо).

Поддержка общественной морали и нравственности — вот главная сфера деятельности церкви (так считают 44% опрошенных). Привыкшим к патернализму государства бывшим советским гражданам так удобно было бы переложить на церковь заботы по воспитанию подрастающего поколения. Тюремное заключение за оскорбление чувств верующих и серьезные штрафы за гей-пропаганду одобряют 55 и 76% опрошенных соответственно. Ведь им объяснили, что все беды отсюда, и 56% населения пребывает в уверенности, что законы вызваны низким уровнем нравственности среди подростков. Законы приняты, и теперь остается совсем немного — планомерно запрещать спектакли и выставки с вредной для детей информацией (с книгами труднее — больно велик объем), разработать «правильные» компьютерные игры, чем в самое ближайшее время думает заняться Всемирный русский народный собор,  —  и нравственность сразу скакнет на недосягаемую высоту.

Представители церкви всегда с гордостью отмечали, что православие в отличие от католицизма не запятнало себя инквизицией. Но последние действия православных активистов, поддерживаемые бюрократией как церковной, так и светской, все больше напоминают «охоту на ведьм». Моральный кодекс строителя коммунизма стал посмешищем, едва успев появиться, суррогатные «традиционные ценности», спущенные «сверху» в качестве директивы, ждет та же судьба. «Они заменили истину Божию ложью и поклонялись и служили твари вместо Творца...» (Рим. 1,25).

А ведь церковь действительно могла бы воспитывать мораль и нравственность. И она это безусловно делает в тысячах приходов и общин силами сотен и сотен священников, большинство которых в отличие от протоиерея Всеволода Чаплина и Дмитрия Цорионова (или мудреца из Томской епархии Максима Степаненко, главы миссионерского отдела, который походя заклеймил всех женщин, родивших вне брака) никогда не попадут на страницы СМИ или телеэкраны. В ушедшем году Синодальный отдел по церковной благотворительности начал несколько новых социальных проектов, которые также призваны оздоровить общество: это и планы принимать в церковные приюты детей-инвалидов, и создание комплексной системы помощи наркозависимым — занимающиеся в России реабилитацией церковные организации будут объединены в единую сеть, начать решено с Москвы.

В церковной среде принято ругать светские СМИ: дескать, они крайне редко рассказывают о хорошем, а как вылезет какой-то урод вроде Степаненко (кстати, сразу же уволенный с должности), так сразу разнесут весть. Но ведь и сама патриархия выдвигает на передний край публичного пространства златоустов-киллеров вроде о. Всеволода Чаплина, сама патриархия закрывает одно из лучших и самых читаемых церковных СМИ, журнал «Нескучный сад», который давал возможность увидеть живое лицо церкви. На идеологические рывки средства есть, а на издание журнала о церковной жизни — нет. Это тоже случилось в ушедшем году.

Как и смерть отца Павла Адельгейма, погибшего от руки душевнобольного (недавно дело передано в суд, обвиняемого Сергея Пчелинцева ждет принудительное лечение). Человек бескомпромиссный, предельно ясно мысливший, отец Павел описывал современную церковную ситуацию как результат неразрешимого противоречия: права и свободы в Русской церкви «принадлежат епископу, но на него не возложена ответственность. Исполнять долг и нести ответственность обязаны все ''прочие'', но они не имеют прав и свобод». Самовластием облечены даже не епископы, а сама епископская функция. «Иисус приносит в жертву Самого Себя, — писал отец Павел. — Каиафа предлагает принести в жертву Иисуса»: «Лучше нам, чтобы один человек умер за людей, нежели весь народ погиб» (Ин.11,50). Лукавая мудрость Каиафы находит опору в уставных документах РПЦ. Теперь уже никто так не скажет вслух.

 

 

 












  • Аркадий Дубнов: ... как сообщил президент, страна получила прекрасный подарок к Новому году, замечательную ракету «Авангард», подобной которой ещё долго ни у кого не будет

  • Meduza: Год 2018-й в фотографиях: акции оппозиции, чемпионат мира, автомобиль в космосе и гениальный Бэнкси

  • Виктор Шендерович: Надежд на 2019 год в общественном смысле очень немного...
РАНЕЕ В СЮЖЕТЕ
Итоги года. Симфония гудков
18 ЯНВАРЯ 2019 // ДМИТРИЙ ПЕТРОВ
О русских форумах в ЕвропеЭтой осенью Будва, Прага и Вильнюс приняли сотни «глобальных русских», живущих в России и вне, – художников, политиков и экспертов. При всей несхожести этих встреч, их роднили цели: свобода, творчество и благо страны.Осень была неспокойной. Сбитый ИЛ-20. Атаки на Израиль. Поставки Сирии систем С-300. Маневры «Восток-2018». Захват украинских судов. Арест Льва Пономарева. Ту-160 в Венесуэле… Таков фон пяти русских форумов, прошедших в минувшие три месяца за рубежом. Это не удивляет. Неприязнь властей к инакомыслию уже почти два века мешает россиянам обсуждать острые проблемы дома. Да и организаторы – Марат Гельман, Гарри Каспаров, Антон Литвин, Жанна Немцова и Михаил Ходорковский – живут вне России.
Итоги года. Транзит 18–19
13 ЯНВАРЯ 2019 // СЕРГЕЙ ШАРОВ-ДЕЛОНЕ
Об уходящем полагается говорить либо хорошо, либо ничего. А потому нам бы ничего не говорить. Но это нам — в мире много чего напроисходило такого, что его поменяет, видимо, очень круто, просто еще непонятно как. Не само по себе происходило — человеческими усилиями и человеческими же мозгами. Совершенно невероятные прорывы (куда еще они приведут, вопрос, конечно) в генетике и генной инженерии, в астрономии и астрофизике, в археологии, давно переросшей саму себя и ставшей мультинаучной дисциплиной, в технике и технологиях, в экономике и даже в политике. Вот уж где устоявшийся левый порядок казался незыблемым, а праволиберальный дискурс навсегда отошедшим в мир преданий, но...
Итоги года: заметки издалека
8 ЯНВАРЯ 2019 // АЛЕКСАНДР ОСОВЦОВ
Я понимаю, что читатели ЕЖа ждут подведения итогов, прежде всего, российского года. Но, должен признаться, что 2018 был первым годом в моей уже не такой короткой жизни, когда я в России не был вообще, поэтому могу говорить об итогах года применительно к ней, исходя из медийного контекста, за которым, признаюсь, следил ежедневно, общения с друзьями и близкими и собственных соображений, возникавших в процессе этих занятий. Вероятно, кому-то покажется поверхностным и чрезмерно отстраненным то общее ощущение, которое я могу выразить любимым русским словом железного канцлера Бисмарка — "ничего". То есть понятно, что в России каждый день что-то происходило, новостные ленты исправно функционировали, иногда случались события, вызывавшие бурю эмоций, но, по моему мнению, ни одно из них по своему содержанию не было качественно новым.
Книга итогов
8 ЯНВАРЯ 2019 // СЕРГЕЙ МИТРОФАНОВ
Мы столько уже написали «итогов» за эти восемнадцать лет, что впору издать «Книгу итогов». И я вам скажу, что это будет интереснейшая книга. Настоящая «Книга жизни». Или, возможно, «Книга мертвых», как в ужастике, если смотреть на нее глазами пессимиста. Со своей стороны, однако, я бы предложил в нее включить сепарированно две группы итогов. Одна группа – итоги победительные, а вторая – итоги апокалипсические. И чтобы первые шли от первой страницы к концу, а вторые – от конца к первой, и где-то к середине чтоб встречались, как в книжке у Акунина.
Итоги года. Как остаться?
7 ЯНВАРЯ 2019 // НИКОЛАЙ СВАНИДЗЕ
Год 2018 год, если обозревать его с гордой высоты кремлевских башен, стартовал удачно, с убедительной и легкой победы Владимира Путина на очередных выборах. Но финишировал тоскливо и вполне безнадежно. Рейтинги идут вниз, не быстро, но планомерно. По сути, речь идет только об одном, главном, рейтинге. Об остальных, как личных, так и институциональных, давно говорить не приходится. В этом тренде на понижение сработал ряд факторов. От пенсионной реформы, которая разозлила людей не только своим грабительским, но и оскорбительным характером (не посоветовались, не уважили, т.е. наплевали), до разочарования во внешней политике.
Итоги года. РПЦ без УПЦ, но с трофейным оружием
7 ЯНВАРЯ 2019 // СВЕТЛАНА СОЛОДОВНИК
В церковной жизни за последний год произошли глобальные перемены, но все они связаны в основном с межцерковными отношениями, а если брать ситуацию внутри Русской церкви, то тенденция не изменилась: церковь продолжает интегрироваться в государство и уже слилась с ним почти до неразличимости, тогда как тело собственно церкви неуклонно усыхает. Не так давно многие были шокированы присутствием патриарха Кирилла на коллегии Министерства обороны, но это что — ритуально посидел и ушел, — в каждодневной жизни происходят процессы куда менее заметные, но по своим последствиям для общества куда более важные.
Итоги года. Медиафрения. Великая российская стена и Великий украинский ров с крокодилами
6 ЯНВАРЯ 2019 // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
Главный процесс 2018 года — это продолжающийся распад Российской империи. Принято считать вехами такого распада 1917-й и 1991-й, то есть утрату территорий и соответствующее изменение внешних границ. Но распад — это не только вехи, но и процесс, а империя (тут еще и специфика Российской империи) — не только захват чужих территорий, но и обращение власти с собственным населением, то, что Ключевский называл внутренней колонизацией. И в этом смысле отмена крестьянского рабства в 1861 году и отмена колхозного рабства в 1974-м — такие же вехи распада империи. В медийной сфере процесс распада империи проявился в создании новых и укреплении старых перегородок...
Итоги года. Наступающий Год Холодильника
5 ЯНВАРЯ 2019 // СЕРГЕЙ БОГДАНОВ
Коллега на работе замечательно сказал: «Не хочется заниматься ревизией уходящего года. Удивительно хорошее, предпраздничное настроение сейчас». Прекрасно понял человека, учитывая, что тому на днях довелось посмотреть всю пресс-конференцию Владимира Владимировича. Которая, выпав на последнюю треть месяца, для многих наших сограждан итоги года и подвела. Совсем немного уже осталось до самого главного праздника страны; там шампанское и запах мандаринов. Сначала искрящиеся эстрадные артисты, кинокомедии — после обращения президента. Тут, конечно, проявится главная закавыка обывательской жизни простого россиянина.
Итоги года. Контактный зоопарк
4 ЯНВАРЯ 2019 // АНТОН ОРЕХЪ
Каждый год мы подводим итоги. И каждый год пишем примерно одни и те же слова. Со свободой как таковой стало еще хуже. Со свободой прессы, в частности, стало еще хуже – причем, настолько, что пресса вымирает как класс, превратившись или в официантку с откляченной задницей, готовую услужить, или в девушку «с пониженной социальной ответственностью», готовую обслужить. С правами человека стало еще хуже, с демократическими институтами и правосудием стало еще хуже. Изоляция крепчает вместе с маразмом. А люди в обычном бытовом смысле живут трудно, как никогда в этом веке.
Украина: итоги 2018, предсказуемые и непредсказуемые
3 ЯНВАРЯ 2019 // ИННА БУЛКИНА
Здесь предсказуемо нужно было бы писать о безусловных внешнеполитических достижениях — о томосе и безвизе. И о столь же безусловных внутриполитических проблемах — о войне, которой не становится меньше. Ее становится только больше, как и украинских заключенных в российских лагерях и тюрьмах. О судах и коррупции, о предвыборных шоу, главный смысл которых в том, что новой реальной оппозиции и нового постмайданного поколения политиков у нас так и не появилось и в старые игры играют все те же старые клоуны: «Я гарантирую снижение цены на газ в 2 раза!», «А я угадаю эту мелодию… нет, простите, а я гарантирую снижение цены на газ в 4 раза!», «Папа просил передать вам всем, что театр закрывается».