Украина
20 октября 2019 г.
Почувствуйте разницу

ИТАР-ТАСС

Тут Захар Прилепин интересуется: «Правильно я понимаю, что реакция российской прогрессивной общественности в случае ввода украинских войск в Донецк (это же их земля) и силовом подавлении восстания, будет заключаться в четырёх словах: "это внутреннее дело Украины"…»

Что интересно, во фразе Прилепина нет даже риторического знака вопроса. Он «правильно понимает», и сам понимает, что понимает правильно.

Мои поздравления этому интеллекту.

Впрочем, Прилепин, разумеется, не дурак: уже не в первый раз он валяет ваньку и громоздит подлоги, ставя в один ряд несводимое и будто бы не замечая принципиальной разницы.

Не для него — для нас — эту разницу стоит понять и артикулировать.

«Восстание» действительно было — на Майдане; классическое народное восстание против власти, вышедшей из-под контроля и озверевшей. Никакая Америка или Европа не засылала туда военизированных человечков, никто не пытался под шумок расчленить Украину и оттяпать у нее кусок территории. Это — на самом деле! — было внутреннее дело Украины, с той лишь важной поправкой, что именно Путин вверг соседа в политический кризис и уже традиционно (как в Андижане, как в Ереване, как в Минске, как, наконец, в том же Киеве десять лет назад) поддержал авторитарный режим в деле подавления оппозиции.

Но одно дело — даже самое отвратительное политическое давление: «перекупка» Украины у Евросоюза, газовый шантаж и законодательная помощь «межигорской» братве, и уже совсем другое — «зеленые человечки» в Крыму, политическое мародерство и бандиты-марионетки, чья прямая связь с Кремлем не очевидна только душевно чистому Прилепину.

Для всякого нормального человека с «зеленых человечков» на чужой земле начинается совсем другой разговор. Такое «народное восстание» называется интервенция, референдум в таких условиях — обычная форма аннексии.

Жестокость новой украинской власти (их «отринутый на раз» гуманизм и танки, стреляющие по Донбассу) — прилепинская галлюцинация, в основе которой неумение (или нежелание) уяснить себе простые механизмы «обратной демократической связи». Стрелять из бэтээров по собственному народу «на раз» можно в Андижане, где стреляющий окопался у власти пожизненно. Там, где в комплект входят свободные СМИ, независимый суд, честные выборы и, добавлю, прозрачное международное кредитование, по избирателям не стреляют — с ними договариваются, пускай сквозь зубы.

Но в любом случае: страна, которая силой оружия пытается противостоять агрессии извне, — это совсем не то, что подразделение МВД, открывающее огонь по демонстрантам на Майдане, и не правительственные братки, похищающие и пытающие активистов оппозиции…

Зафиксируем эту важную разницу.

Очень похожие братки (уже в статусе «сторонников федерализации») недавно похитили и зверски убили депутата, посмевшего повесить (на территории Украины) украинский флаг. Это у нас такое народное восстание? Криминальный бригадир по кличке Гоблин — это такой Бабеф? Вооруженные провокаторы, из-за милицейских спин развязывающие побоище на улицах Одессы, — свобода на баррикадах?

Не будем валять дурака.

Это дорвавшийся до насилия охлос, подкрепленный всей мощью соседнего государства.

Тяжелая ответственность новой украинской власти состоит в том, что она не смогла быстро и недвусмысленно поставить на место преступников; не сумела отделить назревшую политическую дискуссию от гопоты и мародерства.

Да, за двадцать с лишним лет независимости местные элиты так и не удосужились построить нормальное государство, без конца воруя и играя в «царя горы». Да, крымчане чувствовали себя отрезанным ломтем. Да, Донецк не Закарпатье (а Одесса уж точно ни то, ни другое) и федерализация, похоже, представляется единственной возможностью сохранить страну, сшитую из обрывков трех империй…

Вот только решать это — не оккупантам.

Согласитесь: сие довольно простая мысль, доступная даже писателю.

Чтобы сделать эту мысль еще доступнее: колхозы, например, были очевидным (хотя не Прилепину) злом, но бороться с коллективизацией силами немецкого гауляйтера — не лучший путь решения проблемы, не правда ли?

Так вот, и проблемы Украины должны (и будут) решать граждане Украины. И все, чем мы можем им в этом помочь, попытаться прекратить интервенцию и державное хамство — хотя бы для того, чтобы русский язык в братской Украине перестал ассоциироваться с Путиным и вернулся к Пушкину, Гоголю, Булгакову…

Не было на довоенной Украине никаких особенных проблем с русским языком (скорее были проблемы с украинским!), и не было ни одного русского трупа до дня, когда Путин решил «защитить русских». Ультра-националисты — да, были и имели рейтинг полтора процента — в разы меньше, чем в России, измалеванной свастиками…

Путин поднял им рейтинг, умница.

Оставим в покое Украину. У нас полно своих проблем, главная из которых — чудовищная и явно недооцененная нами ментальная катастрофа, нежелание (или уже невозможность), после века отрицательной селекции, вылезти из имперско-совкового болота.

«Земля, как и вода, рождает газы, и это были пузыри земли».

Вы слышите, как громко булькает?

Мир наконец расслышал — давайте же расслышим и мы.

Через четверть века после дарования свободы, нас, так и не вставших толком с карачек, хлебом не корми, а дай снова унизить соседей, уязвить Европу, вставить Америке… Посреди распахнутого во все стороны XXI века — расчесать до крови что-нибудь национальное и отгородиться от всего мира, страшно гордясь собой.

Игрушки с модернизацией и демократией, кажется, отброшены прочь. Охлос рулит, выплеснувшись за государственные границы, но ладно бы только охлос...

«Элитная» поддержка катастрофы в показательном диапазоне от Павла Лунгина до Захара Прилепина — пожалуй, самая безнадежная характеристика нашего времени.

На фото: Украина. Киев. 12 марта 2014 года. Выставка плакатов недалеко от площади Независимости накануне референдума о статусе Крыма.
Фото ИТАР-ТАСС/ ЕРА/ ROBERT GHEMENT















  • Владимир Фесенко: На данный момент «формула Штайнмайера» — абстракция, которая может стать реальностью только на финальном этапе урегулирования...

  • Lenta.ru: 1 октября Киев и самопровозглашенные Луганская и Донецкая народные республики (ЛНР и ДНР) подписали «формулу Штайнмайера». Документ определяет механизм закрепления за Донбассом особого статуса...

  • Александр Морозов: Получается, что Зеленский делает это исключительно "под гарантии" своих 73% избирателей. Как-то это - стремно.

РАНЕЕ В СЮЖЕТЕ
Принятие «формулы Штайнмайера» — несомненный успех Путина
3 ОКТЯБРЯ 2019 // АЛЕКСАНДР РЫКЛИН
После того, как 1 октября в Минске члены «контактной группы» по урегулированию ситуации на Донбассе подписали так называемую формулу Штайнмайера, внутриполитическая ситуация в Украине резко обострилась. Уже на следующий день в нескольких украинских городах (в том числе в Киеве) прошли достаточно многочисленные акции протеста, а ряд политиков прямо заявляют о «предательстве интересов украинского народа» и «капитуляции перед Москвой». Так, бывший президент Украины Петр Порошенко с трибуны Рады объявил, что «формула эта писалась в Кремле». Свежеизбранный президент Александр Зеленский оказался в затруднительном положении...
Прямая речь
3 ОКТЯБРЯ 2019
Владимир Фесенко: На данный момент «формула Штайнмайера» — абстракция, которая может стать реальностью только на финальном этапе урегулирования...
В СМИ
3 ОКТЯБРЯ 2019
Lenta.ru: 1 октября Киев и самопровозглашенные Луганская и Донецкая народные республики (ЛНР и ДНР) подписали «формулу Штайнмайера». Документ определяет механизм закрепления за Донбассом особого статуса...
В блогах
3 ОКТЯБРЯ 2019
Александр Морозов: Получается, что Зеленский делает это исключительно "под гарантии" своих 73% избирателей. Как-то это - стремно.
Обменный курс на московском невольничьем рынке
30 АВГУСТА 2019 // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
Московский невольничий рынок заработал. В столичные СИЗО были свезены для обмена все или почти все главные украинские пленные: Олег Сенцов, Роман Сущенко, Владимир Балух, Павел Гриб, Станислав Клых, Александр Кольченко, Николай Карплюк, Эдем Бекиров, захваченные в Керченском проливе украинские моряки.  Более суток вокруг спецоперации Кремля «большой обмен» сгущался туман, из которого периодически лениво вылетали жирные «утки». То Алексей Венедиктов сообщит, что самолет с освобожденными украинцами должен приземлиться в Киеве в 5 утра 30 августа. То новый генпрокурор Украины Руслан Рябошапка в своем Фейсбуке в ночь с 29 на 30 августа напишет: «Молимся. Обмен завершился: моряки, Сенцов, Карплюк, Балух, Гриб летят домой». 
Прямая речь
30 АВГУСТА 2019
Константин фон Эггерт: Путин хочет прощупать позиции Зеленского и посмотреть, сможет ли Кремль вписать украинскую повестку в решение проблемы транзита власти в 2024-м. 
В СМИ
30 АВГУСТА 2019
"Ведомости": .«Сложный процесс переговоров по обмену заложников продолжается. Держим кулаки!» – написала в Facebook и пресс-секретарь СБУ Елена Гитлянская.
В блогах
30 АВГУСТА 2019
Юрий Бутусов: Обмен может быть признан состоявшимся только после вылета самолета. Вылета нет. Не понимаю, почему нельзя дождаться официального подтверждения информации?
Согласится ли Киев на «похабный мир»?
8 АВГУСТА 2019 // АЛЕКСАНДР ГОЛЬЦ
Очередное перемирие между украинскими военными и донбасскими сепаратистами, объявленное 21 июля, долго не продержалось. 6 августа минометной миной, привязанной к боеприпасу гранатомета (изобретение многолетней окопной войны), были убиты четверо украинских военнослужащих. Неформальным образом соблюдение перемирия гарантировалось первым телефонным разговором украинского президента и Владимира Путина. Поэтому Владимир Зеленский немедленно позвонил российскому президенту еще раз. Состоялся длинный разговор, содержание которого стороны излагают по-разному.
Прямая речь
8 АВГУСТА 2019
Георгий Чижов: Если Россия не смягчит свои требования, то я не вижу возможностей для сближения позиций.