В оппозиции
27 мая 2018 г.
Молчаливый гнев – это не смирение
29 ФЕВРАЛЯ 2016, ГЕОРГИЙ САТАРОВ

Мария Олендская

Три десятка тысяч людей, пришедших в субботу почтить память Бориса Немцова, не были склонны к громкому и дружному оппозиционному скандированию. Помнится, год назад тоже шли тихо. Дружное скандирование начиналось только при выходе на Васильевский спуск, а потом на мосту – тоже тишина. Скорбь не терпит крика. Но эта тишина – не признак смирения. Туда пришли люди, среди которых были многие, не относившие себя ранее к сторонникам политика Бориса Немцова. Но это были люди, которые могли разглядеть Немцова-человека, которые считают его убийство одним из самых гнусных преступлений власти. И они не ограничивают этим убийством список этих преступлений. Все они понимают, что власть может опьянеть от крови. И пока они, эти десятки тысяч, выходят на такое шествие, они хоть немного защищают потенциальные жертвы режима.

Надежда на это не лишена оснований. Вспомним, что в субботу в Москве было две демонстрации. Первая – наша. Вторая – демонстрация страха, которую провела власть, начав с запрета на прежний маршрут и заканчивая диким количеством техники и ОМОНа, забитого в улицы и переулки между нашим маршрутом и их Кремлем. Трудно представить себе более дикий контраст между скорбной, молчаливой, мирной демонстрацией и этой прорвой материализованного страха. Они боятся, и будут бояться, и Бориса, и нас, и нашей памяти о нем. Убитый ими Борис страшен для них не меньше, чем живой. И габариты второй демонстрации – явное тому свидетельство. Это будет так, пока мы помним, пока мы идем.

Мария Олендская

Фоторепортаж Марии Олендской / ЕЖ












  • Заявление в защиту Виктора Корба: "... демонстрируется постановка системной задачи ликвидации самого института общественной защиты репрессированных как такового."

  • Дождь: Корб считает, что случившееся — это очевидная попытка запугивания правозащитников и независимой журналистики. Он также объяснил, что уехать из России у него нет возможности...

  • Виноградов Владимир: Публикуешь судебную стенограмму? Террорист! Борис Мельников: В Омске нашли опасного террориста. С бородой... И опасным газоном... )))

РАНЕЕ В СЮЖЕТЕ
ФСБ против Виктора Корба
23 МАЯ 2018 // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
Дело омского правозащитника, социолога и блогера Виктора Корба приобретает плохой оборот. Следственный комитет возбудил против него уголовное дело по статье 205.2 УК РФ. Он пока в статусе подозреваемого в пропаганде терроризма, что грозит до 5 лет тюрьмы. Учитывая практически нулевой процент оправдательных приговоров в российских судах, в случае передачи дела в суд гэбэшная ловушка захлопнется и в стране появится еще один политзаключенный. Идеальный вариант – уехать, – к сожалению, невозможен, поскольку Виктор Владимирович сообщает, что он под подпиской о невыезде, хотя бумагу, запрещающую ему покидать Омск, он подписать отказался.
Прямая речь
23 МАЯ 2018
Заявление в защиту Виктора Корба: "... демонстрируется постановка системной задачи ликвидации самого института общественной защиты репрессированных как такового."
В СМИ
23 МАЯ 2018
Дождь: Корб считает, что случившееся — это очевидная попытка запугивания правозащитников и независимой журналистики. Он также объяснил, что уехать из России у него нет возможности...
В блогах
23 МАЯ 2018
Виноградов Владимир: Публикуешь судебную стенограмму? Террорист! Борис Мельников: В Омске нашли опасного террориста. С бородой... И опасным газоном... )))
Навальный кушает детей
10 МАЯ 2018 // СЕРГЕЙ МИТРОФАНОВ
Мы, поколение «перестройки», всегда очень интимно относились к ее политическим целям и продолжению. Поэтому в последующие двадцать-двадцать пять лет мы и в мороз, и в жару ходили на все митинги и демонстрации, как бы опасаясь, что без нас огонь демократии будет потушен. Мы чувствовали личную ответственность за подливание масла в огонь. Слова Макаревича «Но верил я — не все еще пропало,/ Пока не меркнет свет, пока горит свеча» — отнюдь не случайны. Однако годы берут свое, и в семьдесят кричать «Мы тут власть!», «Пока мы едины — мы непобедимы» и петь молодежную песню про свечу — как-то уже стилистически неловко. Тем более что подросло поколение, которое даже не знает, кто такая «бабушка Новодворская».
Шпана с нагайками в Москве – анонс путинской инаугурации
7 МАЯ 2018 // АЛЕКСАНДР РЫКЛИН
Нет никаких сомнений в том, что максимально жесткая реакция со стороны власти на мирные антиправительственные демонстрации по всей стране – прямое указание Администрации президента. Даже текст, который в минувшую субботу на Пушкинской площади звучал из полицейских громкоговорителей, существенно отличался от традиционного. К давно вызывающему смех объяснению «вы мешаете проходу граждан» добавилось угрожающее предупреждение. «В случае неповиновения, – разносилось на всю площадь, – к вам будет применена физическая сила и специальные средства». И полиция сдержала свое обещание! Итог акции 5 мая, выходить на которую призвал своих сторонников Алексей Навальный, – более полутора тысяч задержанных по всей России.
Прямая речь
7 МАЯ 2018
Леонид Гозман: Одна из причин, по которым разгон был таким жёстким, – они испугались событий в Армении
В СМИ
7 МАЯ 2018
Медуза: Войсковое казачье общество «Центральное казачье войско» получало финансирование от мэрии Москвы на обучение по разгону митингов. Об этом сообщил телеграм-канал «Чудеса OSINT»
В блогах
7 МАЯ 2018
Catherina Gordeeva: И страшно, кстати, не за тех, кого бьют, а за тех — кто. Именно с тем, кто бьет, унижает, намеренно причиняет боль слабому, младшему, безоружному происходят изменения необратимые 
Уроки Армении
3 МАЯ 2018 // АЛЕКСАНДР ГОЛЬЦ
Судя по всему, в Армении победила «шашлычная» революция. После того, как 2 мая оппозиции удалось заблокировать любое движение наземного транспорта (как автомобильного, так и железнодорожного), тамошняя Республиканская партия, пока еще числящаяся правящей, пообещала не препятствовать избранию премьером лидера уличных протестов Никола Пашиняна. А он в свою очередь призвал к прекращению протестов. Таким образом, группировке Сержа Саргсяна, который пробыл премьером всего несколько дней, не удалось взять реванш за счет большинства в парламенте.