В оппозиции
25 марта 2019 г.
Сергею Мохнаткину повредили позвоночник и добавили срок
ТАСС

Суд города Котлас приговорил Сергея Мохнаткина к одиннадцати месяцам заключения «за оскорбление сотрудника ФСИН». Это в довесок к тем четырем с половиной годам, что Мохнаткин отбывает по обвинению в избиении полицейского, которое, якобы, произошло в конце 2014 года. А до этого был еще один срок от 2009 года, тоже за насилие в отношении представителя правоохранительных органов. Однако и сегодня уголовное дело, которое объективно и непредвзято рассмотрел котласский суд и по которому принял решение, что Мохнаткин проведет в заключении почти на год больше ранее отмеренного, не единственное. Есть еще одно, и судебное разбирательство по нему впереди. А на суде в Котласе Мохнаткин не мог ни сидеть, ни стоять. По всей видимости, он нанес представителю ФСИН настолько обидное оскорбление, что теперь у него сломаны ребра и поврежден позвоночник. Впрочем, судебно-медицинская экспертиза травмы Мохнаткина зафиксировала, но причину их возникновения установить не смогла и с оскорблениями в адрес тюремного начальника никак не связала. По словам же самого подсудимого и осужденного, его били шесть человек.  

Сергей Мохнаткин – фигура уже, конечно, совершенно легендарная. Он, с одной стороны, символ бескомпромиссного жесткого протеста, а с другой – ярчайший пример того, что российское государство сегодня карает «несогласных» в том числе по принципу «произвольной выборки». Свое первое дело Сергей Мохнаткин заработал в 2009 году, когда перед Новым годом оказался на Триумфальной площади абсолютно случайно. Никакого отношения к протесту он до того момента не имел. Спустя пару лет появится Болотное дело, и подавляющее большинство осужденных по нему так же до мая 2011 года ни к какой оппозиционной деятельности отношения не имели.

Такой подход, с моей точки зрения, имеет вполне логичное объяснение и очевидную цель. Хватая людей, никак не причастных к протесту, до сей поры не участвовавших в уличных акциях, не состоящих ни в каких оппозиционных организациях, государство как бы предупреждает граждан: близко не подходите к этой теме! Потому что виновным в итоге может оказаться любой! То есть, по сути, речь идет о превентивной воспитательной мере. А то, что в итоге рушатся судьбы людей, российское государство, разумеется, в расчет не берет. Или наоборот – берет.

В то же время опыт показывает, что сегодня именно из таких «случайных» людей вырастают самые ярые борцы с нынешним российским режимом. Сергей Мохнаткин – ярчайшее тому подтверждение.         


Фото: Россия. Москва. 24 апреля 2014 год. Оппозиционер Сергей Мохнаткин, обвиняемый в нападении на полицейского, во время рассмотрения дела в Тверском суде. Зураб Джавахадзе/ТАСС 

ПОМОГИ ЕЖУ!

Если вы приняли решение поддержать «Ежедневный журнал»,
вы можете сделать перечисление с назначением платежа 

«ЦЕЛЕВОЕ ФИНАНСИРОВАНИЕ «ЕЖЕДНЕВНОГО ЖУРНАЛА»















  • Алексей Макаркин:  Проблема таких протестов в том, что они скорее фиксируют наличие активного и молодого слоя людей, которые недовольны... Но возникает вопрос, а что дальше?

  • Lenta.ru: В акции за свободный интернет на проспекте Академика Сахарова в Москве приняли участие около 6,5 тысячи человек, сообщает пресс-служба столичного главка МВД.

  • Жуковский Владислав: Когда против антисоциальных реформ и репрессивных законов выйдут полмиллиона, ситуация изменится.

РАНЕЕ В СЮЖЕТЕ
Уже нечего согласовывать и не с кем согласовывать
11 МАРТА 2019 // АЛЕКСАНДР РЫКЛИН
В оппозиционной среде дискуссия о том, стоит ли испрашивать у властей разрешение на проведение массового протестного мероприятия, не утихает который год. Аргументы противников «прогулок в загоне» более чем убедительны. Оспорить тезис, что просить дозволения на то, на что имеешь право по Конституции и другим законам, унизительно, крайне трудно. Кроме того, сторонники несанкционированных акций утверждают, что подобного рода практика — походы в мэрию за заветной бумажкой — только снижает накал оппозиционной борьбы и, следовательно, играет на руку властям.
Прямая речь
11 МАРТА 2019
Алексей Макаркин:  Проблема таких протестов в том, что они скорее фиксируют наличие активного и молодого слоя людей, которые недовольны... Но возникает вопрос, а что дальше?
В СМИ
11 МАРТА 2019
Lenta.ru: В акции за свободный интернет на проспекте Академика Сахарова в Москве приняли участие около 6,5 тысячи человек, сообщает пресс-служба столичного главка МВД.
В блогах
11 МАРТА 2019
Жуковский Владислав: Когда против антисоциальных реформ и репрессивных законов выйдут полмиллиона, ситуация изменится.
Марш Немцова. Почему люди пришли. Почему не все
25 ФЕВРАЛЯ 2019 // АЛЕКСАНДР РЫКЛИН
Если рискнуть абстрагироваться от эмоциональной составляющей этих ужасных «немцовских дней», которые мы переживаем уже пятый год… (Хотя, впрочем, я вовсе не уверен в целесообразности и даже возможности такого психологического эксперимента…) Но если все же попробовать взглянуть на ситуацию, убрав за скобки ее трагический контекст, то картина вырисовывается следующая. «Марш Немцова» — последняя массовая акция оппозиции, которую власть согласовывает, фактически не корректируя заявку организаторов. Однозначного ответа на вопрос, почему это происходит, нет. Не исключаю, что четыре года назад от верховного правителя поступило твердое указание «не препятствовать им в день памяти Немцова»...
Прямая речь
25 ФЕВРАЛЯ 2019
Дмитрий Орешкин:  На марше было гораздо меньше демонстративных автозаков, вертолётов и прочего. И людей прошло побольше, чем 10 тысяч, но не в 5 раз, примерно — 15-20 тысяч.
В СМИ
25 ФЕВРАЛЯ 2019
Газета.RU: В центре столицы прошел согласованный марш памяти оппозиционного политика Бориса Немцова, который был убит четыре года назад на Большом Москворецком мосту. ...В акции приняли участие... 10,8 тыс. человек.
В блогах
25 ФЕВРАЛЯ 2019
vodolei 13: Ну, что сказать : народу было меньше, чем по сути нынешней ситуации должно бы быть, но больше, чем я ожидала.
Репрессии властей должны натыкаться на сопротивление граждан
11 ФЕВРАЛЯ 2019 // АЛЕКСАНДР РЫКЛИН
По данным информационных агентств, в минувшее воскресенье Марш разгневанных матерей прошел более, чем в двух десятках российских городов. Наиболее массовые и заметные акции состоялись в Москве и Санкт-Петербурге, но люди стояли в пикетах и во Владимире, и в Орле, и в Ростове. В первой столице по бульварам от Новопушкинского сквера до Кропоткинской прошло около тысячи демонстрантов. Если в Москве полиция вела себя достаточно лояльно и спокойно (было задержано всего несколько человек, в основном, после провокаций прокремлевских активистов), то в Питере стражи порядка реагировали жестче. 
Прямая речь
11 ФЕВРАЛЯ 2019
Дмитрий Орешкин: Стоит ли гнобить дальше или не проявлять избыточного зверства? Чем раздрай в верхах кончится, непонятно, но он уже начинает ощущаться.