Что делать?
22 марта 2019 г.
Проблема мусора — в чем?
15 ЯНВАРЯ 2018, Вадим ЖАРТУН
ТАСС

Для меня мусор, помимо всего прочего, еще и важный показатель здоровья общества. «Разруха не в сортирах», как писал Булгаков. Правда, и не в головах тоже. Проблема мусора несколько сложнее и серьезнее, чем кажется на первый взгляд.

В России грязно. РФ занимает первое место в мире по территории и 180-е — по плотности населения. На квадратный километр приходится всего 8 человек (в Японии — 337, в Бельгии — 333, в Великобритании — 254), но почти любое место, куда хоть однажды ступала нога человека, у нас изгажено.

Каждый гадит, как умеет, сообразно своим возможностям: пешеходы бросают бумажки на улицах, собачники «выгуливают» своих питомцев во дворах, любители пикников оставляют мангалы, бутылки и пластиковые пакеты на природе, компании сваливают опасные отходы за городом или сливают в реки, а государство покрывает радиоактивным загрязнением сразу десятки тысяч квадратных километров, как это было в Кыштыме, Чажме и Чернобыле.

Очевидно, что проблема носит системный характер. Мало того, беспорядок сам себя воспроизводит и распространяется на все сферы нашей жизни. Эксперименты показывают, что люди в два раза охотнее бросают мусор на землю рядом со стеной, изрисованной граффити. Одно нарушение правил провоцирует другое, другое — третье и так далее.

Поэтому банальный мусор на улицах вносит существенный вклад в ощущение неустроенности, беспорядка и безнаказанности в стране, делает людей менее законопослушными и провоцирует «трущобную болезнь» (а что толку стараться, если вокруг все равно это?).

«Начинать с себя» в борьбе мусором бесполезно. Я не бросаю мусор, вы его не бросаете, ваши друзья его не бросают, а вокруг все равно грязно. Это и понятно: чтобы быстро и надежно засрать любое общественное место, нужно менее 1% тех, кто бросит окурок, уронит бумажку, оставит пустую бутылку и так далее.

Кто-то из них просто не понимает, что делает нечто предосудительное — ну не воспитали его как следует, кому-то лень сделать пару шагов до ближайшей мусорки, кто-то отчаялся ее искать (потому что коммунальщики не побеспокоились ее поставить), кто-то промахнулся мимо мусорки и не стал подбирать, потому что это как-то «неудобно», а кто-то и правда не заметил, что уронил бумажку на землю.

Системные проблемы требуют системных решений, поэтому везде, где с мусором относительно благополучно, делают две простых вещи:

1. Высокими и неотвратимыми штрафами снижают до минимума число тех, кто мусорит.

2. Организуют регулярную и качественную уборку общественных мест.

При этом одно помогает другому: чистота не провоцирует людей на нарушения, а штрафы помогают финансировать качественную уборку.

Чтобы этого добиться, не нужны сверхъестественные усилия или нечто, принципиально невозможное в России. Например, говоря о штрафах за мусор в развитых странах, многие называют их «драконовскими».

Да, в Каннах за брошенную на землю банку из-под газировки или окурок оштрафуют на 180 евро (12 400 руб.).

В Калифорнии за выброшенный на обочину окурок придется заплатить 1000 долларов (59 тыс. руб.).

В Германии окурок будет стоить от 20 до 35 евро (1400-2400 рублей). Справить нужду на улице — от 40 до 100 евро (в Ганновере и Штутгарте — вплоть до 5 тыс. евро (345 тыс. руб.), так что терпите, если что. Оставить мусор после пикника — от 50 до 100 евро.

В Сингапуре все сложно, и штраф можно получить даже за то, что в других странах ненаказуемо:

- покормить голубя хлебом — от 500 до 1000 SGD (21 500-43 000 руб.),
- самому перекусить на улице — 1000 SGD,
- жевать жвачку на улице — 1000 SGD,
- плюнуть на улице — 1000 SGD,
- не спустить воду в общественном туалете — 200-1000 SGD,
- перейти дорогу в неположенном месте — 500 SGD,
- разбрасывать мусор — 500 SGD.

Если сравнить это с российским штрафом за выброс мусора в неположенном месте — от 2000 до 5000 руб., — то разница и правда кажется существенной, но в то же время за участие в несанкционированном митинге (или просто оказавшись рядом) вы получите штраф от 10 до 20 тыс. рублей, а за повторное участие — от 150 до 300 тысяч, что даже по западным меркам запредельно много.

То есть космические штрафы российских законодателей ничуть не смущают, просто у них другие приоритеты.

Но штрафы — это еще не все: кто-то их должен собирать. Может быть, для обеспечения порядка у нас недостаточно полицейских? Нет, их более чем достаточно: 516 на 100 тыс. человек.

Для сравнения: в Германии их 299, в США — 256, в граничащей с нами Финляндии — всего 144 на 100 тысяч. Ну, разве что в Сингапуре их больше — 753 на 100 тыс. человек.

И, вместе с тем, страна наша велика и под каждым деревом полицейского не поставишь. Во многих странах бороться с мусором помогают видеокамеры.

В Германии специальные мусорные детективы на основе камер слежения и анализа мусора определяют и штрафуют нарушителя.

В Сингапуре записи видеокамер просматривает специальный штат сотрудников полиции, которые незамедлительно реагируют на нарушения. Кроме того, везде на улицах дежурят полицейские в штатском, да и простые прохожие не поленятся заснять вас на телефон и отправить снимок в полицию.

В Эстонии камеры видеонаблюдения установили даже в государственных лесах, чтобы бороться с людьми, выбрасывающими мусор на природе.

Может быть, для нас камеры — это слишком дорого? Нет, конечно. Только в Москве сейчас установлено 145 тыс. камер наблюдения. Зум дворовых камер — 10-кратный. Записи с городских площадей увеличиваются в 30 раз. При желании можно рассмотреть номер машины, из окна которой выброшена пачка сигарет.

Я сейчас выглянул в окно и пересчитал камеры на детском садике во дворе. Тех, что я вижу не сходя с места, — 27. Они повсюду: на фонарных столбах, на стенах, на ограде. И это не режимный объект, а самый обычный государственный детсад в Петербурге!

В Москве все данные камер наблюдения стекаются в Единый центр хранения, где стоит 11 тыс. жестких дисков общей емкостью 20 петабайт. По умолчанию записи хранятся 5 суток, по запросу — 30. К системе имеют доступ 13 500 пользователей — полицейских и коммунальщиков. Я понимаю, что Москва — еще не вся Россия, но в крупных городах с видеонаблюдением проблем нет. Как, впрочем, нет и штрафов за мусор, выписанных с их помощью.

А почему? Гораздо более сложные и дорогие камеры контроля скорости прекрасно окупаются: каждая камера фиксирует в среднем 108 нарушений в сутки, компания-оператор получает за каждый выписанный штраф по 233 рублей — 750 тыс. рублей в месяц! Не удивительно, что только за последний год число камер в окрестностях Москвы удвоилось.

Теперь про уборку.

Какие-то вещи решаются легко и просто. Например, в Германии обычно в цену напитка уже включена залоговая стоимость тары, поэтому стеклянные бутылки и банки (со специальными знаками) можно сдать в любом магазине и получить назад свой залог. Если вы не сделаете это сами, всегда найдется бомж, для которого деньги точно не будут лишними. Вообще идея использовать для уборки бомжей не нова.

В Амстердаме, где в парках обосновались алкоголики и бомжи, им с утра выдают уборочный инвентарь, две банки пива и пачку сигарет, а вечером, если уборка была качественной и сами уборщики не валялись на газонах вместо уборки, каждый получает еще и 10 евро.

Примерно так же поступают в Латинской Америке. За 6 собранных пакетов мусора в Бразилии дают один пакет с едой, а в Мексике — талоны на овощи. Благодаря этому в 54 бедных районах каждую неделю получают еду 102 тысячи человек, собирая около 400 тонн отходов ежемесячно.

Нет бомжей? Не беда! Берлинские подростки, собирающие мусор и сдающие его на переработку, получают финансовое вознаграждение. Нидерландские муниципальные власти выдают специальные купоны экологической лояльности активным участникам программы раздельного мусора. Такой купон дает льготы на оплату коммунальных услуг и жилья. В Барселоне дети поощряются лакомствами, а взрослые — благодарностью от властей.

Вообще быть мусорщиком в Барселоне не считается зазорной работой. Она неплохо оплачивается, поэтому испанцы, особенно в условиях своего вялотекущего кризиса, предпочитают чистить улицы сами, а не отдавать работу мигрантам.

Ну и, разумеется, все это не отменяет нормально организованную работу коммунальных служб. Там, где есть толпы людей и потоки туристов, никакие штрафы не спасут, нужно просто убирать мусор. К счастью, таких мест немного и они легкодоступны для коммунальщиков.

Переработка собранного мусора — отдельная проблема, но об этом я пока даже не мечтаю. Когда-нибудь, наверное, мы дорастем до уровня Японии, где перерабатывается 80% отходов (у нас перерабатывается ноль, 4% сжигается, а остальное лежит на свалках). Правда, для этого японцев приучили самостоятельно сортировать мусор по примерно 30 категориям. В Англии мусорных баков всего три вида, но штраф в 1000 фунтов (78 тыс. руб.) можно получить не только за неправильную сортировку мусора, а даже за то, что в определенный день недели (мусор разных типов вывозится в разные дни) перед домом стоял неправильный бак.

Нам до этого как до Луны, разумеется, но решить проблему сбора мусора в городах и их ближайших окрестностях мы вполне способны. У государства для этого есть все необходимые ресурсы. Нет только главного — желания.

Его беспокоит война в Сирии, выборы в США, независимость Каталонии, Крымнаш, национальные мегапроекты и Навальный, а мусор, среди которого мы живем, — нет.

Возможно, чиновники просто не видят возможности что-то «отпилить» на борьбе с мусором, возможно — власть считает мусорящее быдло своим электоратом и не желает его раздражать без нужды. Но что более вероятно, они об этом даже не задумываются: в правительственных резиденциях и элитных загородных поселках куч мусора нет, да и из окна бронированного «мерседеса» они не слишком заметны.

Разруха не в сортирах, не в головах, а в сложившейся порочной системе, при которой народ и власть живут в параллельных, почти не пересекающихся мирах.


Оригинал текста

Фото: Александра Мудрац/ТАСС












РАНЕЕ В СЮЖЕТЕ
Горизонтальная Россия. Германия как воплощение русской мечты
18 МАРТА 2019 // ДМИТРИЙ ГУБИН
Германия вообще очень похожа на воплощение русской мечты о справедливой жизни. Достаток, социальные гарантии, добротность быта без особых ухищрений: в биргартенах все сидят на общих скамьях за общими столами, хотя кое у кого есть лошади или самолет. Но главное — обилие горизонтальных общественных связей. Основа немецкой жизни — Verein, ферайн: общество, кружок, союз. Ферайны здесь всюду. Вот во дворике играет оркестр почтовых рожков: ферайн, никаких сомнений. Есть ферайны рыболовов и охотников, кукольных мастеров и меломанов, а я на днях получил приглашение прогуляться по ночному лесу при свете факелов (устраивает лесолюбный ферайн).
В российском государстве не должно быть самодержавия!
13 МАРТА 2019 // ПЕТР ФИЛИППОВ
Россия — государство авторитарное, самодержавное, с монопольной властью президента. Президент у нас мало чем отличается от царя. Но для большей части россиян авторитаризм, монархизм, диктатура, «карманный» суд и произвол власти — явления привычные, корнями уходящие в историю народа. Теплится у людей только надежда на чудо, на доброго царя-президента, который будет подписывать указы и законы не ради выгоды своих друзей и опричников, а для пользы простого народа. Но скромные авторитарные правители, думающие прежде всего о своем народе, как ЛИ Куань Ю, к сожалению, встречаются крайне редко.
Гражданский долг по нашему и по европейски
13 МАРТА 2019 // ГЕННАДИЙ ПОГОЖАЕВ
Российское общество много веков зиждется на пассивности людей, управляемых своекорыстной элитой. Те, кто пытался отстоять свои интересы, в глазах современников выглядели опасными смутьянами: что господам можно, то холопам запрещено. Существует представление, будто верховная власть – от Бога или, лучше сказать, наместник Бога на земле. При этом царь хороший, а бояре плохие. В России люди привыкли ругать власть на кухнях и писать царю челобитные.
Тернистая дорога к справедливому суду
12 МАРТА 2019 // ПЕТР ФИЛИППОВ
Как показывают исследования Левада-Центра, большинство россиян предпочитает иметь во главе страны правителя «от Бога» (не важно, как его называть — фараоном, царем или несменяемым президентом), не подчиненного ни парламенту, ни результатам выборов. Мы до сих пор не ушли от средневекового и советского сознания, живем в условиях «силовой цивилизации», где закон, «что дышло», а указание начальства важнее  закона. На страже авторитарного правления стоят многочисленные  «опричники» и суд, лояльный президенту.
Чему учить? Кому учить? Как учить?
4 МАРТА 2019 // ИОСИФ СКАКОВСКИЙ
Пожалуй, нет другого общественного института, которым люди были бы так недовольны на протяжении всей своей истории, как школа. Много ли в мировой литературе привлекательных образов учителей? Много ли взрослых, добрым словом поминающих школу, где они учились? Кого-то из  учителей ещё помянут добром, но школу… Много ли родителей, которые довольны школой, где учатся их отпрыски?
Почему одни страны богатые, а другие бедные. Часть IV (дайджест)
4 МАРТА 2019 // ГЕННАДИЙ ПОГОЖАЕВ
  Инклюзивные политические и экономические институты не появляются из ниоткуда. Часто они возникают на фоне серьёзного конфликта тех, кто поддерживает экономический рост, и тех, кто на тот момент обладает политической властью. Инклюзивные институты зарождаются при наступлении исторических точек перелома, таких как Славная революция в Англии — то есть тогда, когда определённые факторы приводят к ослаблению правящих кругов и усилению оппозиции и в результате возникают стимулы для построения более плюралистического общества.
Что творят наши правители?
1 МАРТА 2019 // ВАЛЕРИЙ СОЛОВЕЙ
«Что они творят?!» — весьма распространенная оценка действий российского руководства. Его поступки зачастую кажутся странными и непонятными не только широкой общественности, но и экспертам. Между тем, за ними стоит логика специфического стиля мышления, пусть даже изначальная аксиоматика этой логики кажется сомнительной. Итак, три источника и три составные части мышления правящей группы российской элиты: традиционная российская стратегическая культура; профессиональная социализация данной группы; индивидуальный профиль президента Путина и субкультура его ближайших соратников.
Почему одни страны богатые, а другие бедные. Часть III (дайджест)
26 ФЕВРАЛЯ 2019 // ГЕННАДИЙ ПОГОЖАЕВ
Промышленная революция повлияла на все сферы английской экономической жизни. Этот динамичный процесс начался благодаря институциональным изменениям, берущим начало в Славной революции. После 1688 года всё больше средств вкладывалось в строительство каналов и платных дорог. Эти инвестиции снижали стоимость транспортных услуг и явились важным условием для начала промышленной революции.
Почему одни страны богатые, а другие бедные. Часть II (дайджест)
20 ФЕВРАЛЯ 2019 // ГЕННАДИЙ ПОГОЖАЕВ
В 1346 году бубонная чума, «чёрная смерть», достигла генуэзской колонии Тана в устье реки Дон на Азовском море. Чума, переносчиками которой были жившие на крысах блохи, пришла в Европу из Восточной Азии вместе с товарами, которые шли по великой трансазиатской торговой артерии — Шёлковому пути. Весной 1348 года она распространилась по Франции, Северной Африке и Италии и убивала примерно половину населения каждой территории, которой она достигала.
Почему одни страны богатые, а другие бедные
18 ФЕВРАЛЯ 2019 // ГЕННАДИЙ ПОГОЖАЕВ
Мы живём в мире, полном неравенства. Различия между разными странами напоминают различия между двумя частями Ногалеса (город, разделённый границей между Мексикой и США), только в большем масштабе... Причина того, что Ногалес, штат Аризона, гораздо богаче, чем Ногалес, штат Сонора, проста: совершенно разные институты по обе стороны границы создают совершенно разные стимулы для граждан. Соединённые Штаты гораздо богаче Мексики или Перу благодаря стимулам, которые их институты, и политические, и экономические, создают для граждан, бизнесменов и политиков.